Как два 20-летних друга возвращают рейвы в Воронеже

4 ноября в здании бывшей типографии «Коммуна» прошла техно-вечеринка LOUD!LOUD!, которая собрала несколько сотен молодых рейверов. В июле там же состоялось первое событие TEST 1. За двумя этими мероприятиями стоят два 20-летних друга — Денис и Никита.

Спустя несколько дней после вечеринки мы встретились с ними в подсобке студии Eana. Кто сегодня устраивает и ходит на рейвы в Воронеже, как договориться с «Коммуной» и полицией и почему время старой тусовки проходит — читайте в нашем интервью.

Денис

Никита

— Ещё когда вы анонсировали свою первую вечеринку в «Коммуне», я спрашивал у знакомых диджеев: «Кто это делает?». В ответ мне или пожимали плечами, или говорили, что «какие-то молодые парни неизвестные». Кто вы и откуда взялись?

— Мы совершенно обычные 20-летние ребята, которые ходят на самые разные тусовки. Хотя в основном больше любим гитарную музыку. На одном из таких гигов в Under Bar пять лет назад мы и познакомились. Денис тогда играл в нойз-рок группе Displaced Fuzz, с тех пор и общаемся. А когда открылась Eana, начали помогать здесь: что-то помочь перенести, настроить, организовать, сделать рассылку и так далее.

— То есть с рейвами и электронной музыкой вы раньше никак не были связаны?

— Нет. Я [Денис] вообще впервые попал на техно где-то год назад. Тогда я жил в Петербурге, приехал в Воронеж к друзьям и родителям погостить и случайно оказался на вечеринке «Ложь» в Eana, где играли какие-то украинские диджеи. И это меня очень впечатлило! Обычно рокеры тусуются с рокерами, рэперы с рэперами, а здесь всем было совершенно не важно, кто какую музыку любит.

— Но почему выбрали именно техно? Мода?

— Это, наверное, самый простой, чистый и понятный [жанр электронной музыки]. Такая сенситивная вещь. Индейцы раньше в бубен били, мы водили хороводы. Вот техно — современная версия этого.

— Как пришла идея организовать вечеринку?

— Совершенно случайно. Изначально мы искали локацию для нойз-рок фестиваля и вспомнили про двор в «Коммуне» — гоняли туда ещё на Платоновский на концерты Surfer Rose и других групп. Пришли на площадку (её нам в итоге не дали), зашли внутрь типографии и поняли, что никакой гитарный концерт здесь не устроить, а вот техно-вечеринка была бы крутая.

— Тяжело было договориться с «Коммуной»?

— Сначала мы пошли в Платоновский, чтобы найти контакты, но были, мягко говоря, посланы. Выйти на собственника получилось благодаря Eana — он оказался общим у двух зданий. Мы договорились через третьих лиц, пришли на встречу — и услышали отказ в достаточно грубой форме. На нас посмотрели и сказали: «А нахера нам это надо?».

— Из-за возраста?

— Возможно. А, может быть, потому, что они после Платоновского не хотели там вообще ничего больше делать. Но в результате нам всё-таки удалось договориться.

— Дорого?

— Мы принципиально не озвучиваем сумму. У нас многие спрашивали после первой вечеринки, сколько стоит арендовать «Коммуну», и называли суммы от ста тысяч до пары миллионов. Мы обычно говорим, что где-то посередине.

— Но на самом деле это не очень крупная сумма?

— Смотря для кого. Можно было бы купить себе машину на эти деньги.

— У вас был какой-то опыт организации до этой вечеринки?

— Я [Денис] делал концерты своей группе в Under Bar, но мой максимум был 100 человек на бесплатном гиге.

— Сколько заняла подготовка к TEST 1?

— Мы договорились с собственниками в мае и назначили дату на 14 июля. Месяца два ходили просто обсуждали, придумывали, смеялись, а потом поняли, что отнесли довольно крупную первую часть за аренду, и назад уже пути нет. Написали друзьям ВКонтакте и начали херачить на стройке всю неделю с утра до вечера.

В «Коммуне» был слой голубиного дерьма и много пыли — приходилось работать в респираторах и носить воду вёдрами, чтобы всё это отмыть. Демонтировали крепления, которыми был истыкан пол после Платоновского, провели электричество. А поскольку денег у нас изначально было мало, и не хотелось рисковать, то строили всё буквально из досок и мусора, которые собирали по всему зданию и окрестностям.

Придумали куда повесить свет, поставить звук, а большего и не требовалось — этот цех уже сам по себе был декорацией.

— Я не был на той вечеринке и видел только фотографии. Как всё в итоге прошло?

— Мы боялись, что не заполним помещение, поэтому раздавали приглашения всем, кого знаем, расклеивали листовки, сделали рассылку через магазин «Штаб». Повезло, что попали на мёртвый сезон, когда ничего в городе не происходит, и только ленивый, наверное, не пошёл бы на такую вечеринку. И хотя к середине ночи мы перестали считать людей, в сумме было около 300 человек. Много народа тусовалось во дворе, всё было достаточно дружелюбно.

— Попали на деньги?

— Нет, но были близко к этому. Удалось даже немного заработать, потому что смогли арендовать в несезон недорого звук и свет. Хватило, чтобы раздать какие-то символические суммы друзьям, которые у нас работали и помогали. А на оставшиеся я себе купил кроссовки [Денис сидит в низких бордовых adidas].

— Я слышал, что приезжала полиция.

— Да. Местные жители считают, я сейчас цитирую, что «если они снимают за такие деньги жильё в центре, то ничего не должно тревожить их покой». Пришла довольно молодая пара лет 30 и сказала, что мы мешаем спать их ребёнку. Вызвали патруль, мы им объяснили, что ничего противозаконного не происходит, предложили измерить шум. В результате просто сделали в присутствии сотрудников немного потише, это всех удовлетворило — и все пошли тусоваться дальше.

— После первой вечеринки у вас как-то изменилось отношение к этой субкультуре и музыке?

— Да. Мы подружились с некоторыми диджеями, и они стали нас просвещать. Начали смотреть, что происходит в других городах. Узнали, например, к своему удивлению, что вечеринки TEST уже есть в Москве и они довольно известные — из-за этого нам пришлось сменить название. Интересуемся какими-то масштабными нелегальными проектами вроде киевской «Схемы». Но больше всего нас вдохновляет питерский «Клуб» — это прямо идеал.

— На второй вечеринке вы изменили не только название, но и локацию.

— Не хотелось повторяться: интересно же каждый раз тусить в новом цехе. В «Коммуне» полно помещений, и мы остановились на зале на втором этаже. Плюс в этот раз больше озаботились акустикой и уровнем громкости, поэтому вход сделали с другой стороны.

— Но теперь на звук жаловались гости.

— Мы никак не смогли бы его там существенно улучшить — для этого нужно как минимум вагон каменной ваты купить.

— Вы остались довольны вечеринкой?

— В целом она была лучше организована и продумана. Но из-за погоды и времени года показалось, что первая прошла веселее. Возможно, из-за осени все были какие-то уставшие, депрессивные, поэтому отрывались позлее, танцевали из последних сил.

— Меня удивила публика. Несколько сотен молодых пацанов и девчонок, которых не увидишь в других барах и клубах. Кто они?

— Естественно, было очень много наших друзей. Мы всегда стараемся звать всех, с кем когда-либо пересекались на каких-то вечеринках. Большая доля — это как раз ребята из рок-тусовки. Нам кажется, что многие приходят не потому, что им это близко, а из какого-то праздного интереса.

Мы ещё в первый раз поняли по поводу целевой аудитории, что именно рейверов в Воронеже достаточно мало. И все они разбились по каким-то кучкам, идёт непонятная грызня. Поэтому пытались ориентироваться на тех, кто ещё не был на техно, не застал «Сто Ручьёв». Хотелось немножко обособить себя от того, что есть сейчас: от «Нигилиста» или ещё чего-то, потому что мы не бар и не клуб, а полуподпольная вечеринка, которая проводится один раз в полгода.

— Получается, что большинство просто пришло за атмосферой, и музыка их интересует в последнюю очередь.

— Нам кажется, что это можно сказать про любой рейв.

— Но если вы придёте на «Схему» или в «Клуб», которые упоминали выше, то там вам многие как минимум скажут, что пришли специально на такого-то диджея.

— В Питере и Москве, возможно, да. А в Воронеже не знаем, найдётся хотя бы человек 30, которые смогут на слух определить, что за трек или жанр сейчас играет. Электронная музыка вообще не особо притязательная в этом плане. Она или нравится, или нет. Мы стараемся составить лайнап так, чтобы нравилось большинству.

— Про это я тоже хотел спросить: у вас играют в основном молодые диджеи, а «старую школу» вы игнорируете. Это сознательно? Строить по-новому?

— Нам интереснее рассказывать друзьям про ту же MSpades [диджей из Москвы, играла на второй вечеринке LOUD!LOUD!], их ровесницу, или других молодых начинающих диджеев, чем, например, про Диму Ларионова. Хочется немного оторваться от старой тусовки и сделать что-то максимально новое. Новое не по концепции и подходу, а именно по духу.

— Давайте ещё вернёмся к публике. На ваших вечеринках платный вход [300—500 рублей]. Я часто слышу от промоутеров и соучредителей баров, что в Воронеже это не работает. Почему у вас получается?

— Наш вход оправдан — аренда большого помещения, света, звука, диджеи из других городов. И кажется, что нам удалось сформировать у гостей понимание «Вот 20-летние чуваки делают рейв. Что же я не заплачу им 300 рублей?». Нет никаких огромных списков: за вход платят все наши друзья. Мы вписываем только тех, кто помогает в подготовке, но даже они иногда отказываются, потому что понимают объём проделанной работы.

— Ещё один популярный стереотип: рейв = наркотики. Как у вас с этим?

— Определённо они связаны, глупо это отрицать. Но наркотики также связаны почти со всем, что происходит в культурном плане в Воронеже: будь то концерт любого исполнителя, вечеринка в другом клубе или даже выставка. Везде будут такие люди.

Мы относимся к этому толерантно: не светим людям фонариками в зрачки на входе, но если видим, что кто-то внутри себя ведёт не совсем адекватно, то стараемся держать поближе пару крепких парней.

Жёсткие проверки на входе ни на что не повлияют: процент «обдолбышей» останется тем же, но общая атмосфера будет менее дружелюбная.

— Какая вообще цель ваших рейвов? Ради чего вы всем этим занимаетесь?

— Эта ниша пустует в Воронеже. Обидно, что в других крупных городах есть подобные события, а у нас многие наши ровесники просто сидят и пьют пиво на районе. Мы бы хотели предложить им другой вариант, попробовать что-то новое, интересное.

— Что дальше?

— Хотим развиваться, сделать вечеринки более легальными, уйти от концепции совсем сырого мероприятия «на коленке». Обсуждаем возможности сотрудничества с разными брендами и компаниями.

— Это снова будет «Коммуна»?

— Теперь только когда потеплеет. Пока не снесли, почему бы не сделать в ней рейв ещё раз.

Между этим, может быть, будут какие-то закрытые вечеринки поменьше. Мы ищем новые локации, но с этим в Воронеже (как в принципе и в России) большая проблема. Очень много пустых помещений, которые либо муниципальные, либо крупных собственников — а они не хотят ничего сдавать.

Но в клубах совсем неинтересно делать.

— У вас уже есть опыт этой площадки. Не думали сделать постоянное место про электронную музыку, совмещать с теми же рок-концертами?

— Что-то похожее, возможно, будет существовать в этом здании в подвале [имеется в виду студия Eana]. Там пока идёт ремонт. Посмотрим, что получится. Нам бы хотелось его адаптировать под какой-то электронный формат.

Что касается «Коммуны», то она слишком огромная (даже по меркам Москвы), чтобы делать там клуб. Но попробовать организовать проект хотя бы на одно лето, как это было с Платоновским, нам безусловно интересно.

Фото с вечеринок: Антон Матвеев (#alteruistphoto)

Фото Дениса и Никиты: Римма Южакова

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *